Главная

yandex

rambler

google

Крепости Керчи

Гостевая книга ( P )

Обратная связь

Материал с сайта: http://www.erlib.com/Владимир_Карпов/Генералиссимус._Книга_1/6/

Отрывок из книги Владимира Карпова "ГЕНЕРАЛИССИМУС".

 

      

Подробнее

 

Сталин и Русская Православная Церковь.

 


   Одной из крупных акций троцкистов по доведению до абсурда некоторых пунктов большевистской программы партии была борьба с религией. Как известно, в программе компартии сказано о её атеистических взглядах, о необходимости просвещать народ, избавлять людей от древнего пережитка, которым пользовались монархи, чтобы держать верующих в покорности.



Российская Социалистическая Федеративная Советская Республика. ВСЕРОССИЙСКИЙ ЦЕНТРАЛЬНЫЙ ИСПОЛНИТЕЛЬНЫЙ КОМИТЕТ Советов Раб,. Солд., Кр. и Каз. Деп.

МОСКВА. КРЕМЛЬ И 1866672

01 .V. 1919 СТРОГО СЕКРЕТНО Председателю ВЧК тов. ДЗЕРЖИНСКОМУ Ф. Э.

УКАЗАНИЕ

В соответствии с решением В.Ц.И.К. и Сов. Нар. Комиссаров, необходимо как можно быстрее покончить с попами и религией.

Попов надлежит арестовывать как контрреволюционеров и саботажников, расстреливать беспощадно и повсеместно. И как можно больше.

Церкви подлежат закрытию. Помещения храмов опечатывать и превращать в склады.

Председатель В.Ц.И.К

Председатель Сов. Нар. Комиссаров

 


   Антирелигиозную борьбу предусматривалось вести путем просвещения, агитации, разъяснения и прочих идеологических форм партийной работы.

   Троцкисты взяли на вооружение (кроме других дискуссий и споров того времени) этот постулат борьбы с религией и, доведя его до абсурда, хотели вызвать недовольство православных верующих, поссорить их с большевиками.

   Как это делалось? Сегодня известны и тайные дела, и документы.

   Пользуясь кровавым накалом гражданской войны, троцкисты (сионисты) предприняли попытку ликвидировать Православную Церковь и духовенство одним “революционным ударом” — через Ч К.

   Могли Калинин — русский человек (крещеный) — подписать такой варварский документ по отношению к русским православным священнослужителям? Приказной, энергичный тон — “расстреливать беспощадно и повсеместно. И как можно больше”. Это не стиль Калинина. В дальнейшем моем повествовании читатели убедятся — Калинин не может быть автором этого письма, его чисто человеческие качества несовместимы с подобной жестокой кровожадностью. В сотнях документов, подписанных им как председателем ВЦИК, совсем иная тональность. Калинин всегда отличался доброжелательностью, за что пользовался огромным уважением, и звали его в народе “Всесоюзным старостой”.

   Но документ перед нами и подписан Калининым. Все правильно. Только скрыта за этим большая партийная тайна. Дело в том, что решением Политбюро Калинина обязали подписывать все документы, подготовленные Троцким. Уничтожение православных церквей и священников распоряжением и стараниями сионистов могло вызвать возмущение народа и окончиться печально. Вот и подставили русского уважаемого Калинина как ширму, для того чтобы спрятать истинных варваров.

   Этот документ подготовил, несомненно, Троцкий. В годы гражданской войны он издал подобных расстрельных приказов сотни — это его стиль, его беспощадность.

   Прошу обратить внимание на порядок, в котором расположены подписи: обычно старший по должности или по положению подписывает первым. Здесь мы видим подпись Ленина после Калинина, хотя по должности (указанной здесь же) Ленин как председатель Совета Народных Комиссаров выше председателя ВЦИК, являющегося исполнительным органом.

   Почему же так расположены подписи? Закономерно предположение — подпись Ленина допечатана позднее, и поставлено его факсимиле — что практиковалось в работе аппарата ЦК. В солидном двухтомном научном труде “Политбюро и церковь в 1922—1925 гг.” (Архивы Кремля)на стр. 5, том I при описании документов сказано: “...в определении автографичности — выявлены единичные случаи, когда подписи членов Политбюро под подлинными документами исполнялись их техническими секретарями, делопроизводителями, подчас с умелым подражанием автографу; оказалось также, что иногда одни члены Политбюро исполняли подписи за других”.

   Не имеем ли мы дело в этом документе с таким случаем? Может быть, после покушения 30 августа 1918 года, в периоды, когда Ленин был нездоров, пользуясь этим, поставили его факсимильную подпись?

   Но не исключено, что и сам Ленин подписал этот страшный документ. Ниже я приведу письмо Ленина, подтверждающее и это предположение, и то, почему Калинин был вынужден подписывать не только данное “Распоряжение”, но и многие другие подобные документы, подготовленные Троцким.

   В годы послевоенной разрухи поразил страну жестокий неурожай. Голод косил людей беспощадно. При ВЦИК была создана Центральная комиссия помощи голодающим (Помгол). Руководил ее работой глава законодательной власти М. И. Калинин.

   Глава Православной Церкви патриарх Тихон 22 августа 1921 года издал воззвание “О помощи голодающим”, призывая к благотворительным пожертвованиям.

   Троцкий обращается с запиской к членам Политбюро ЦК РКП(б) с предложением о создании секретной комиссии по изъятию ценностей из московских церквей для закупки хлеба за рубежом для голодающих.

   Совнарком назначает Троцкого “особоуполномоченным СНК по учету и сосредоточению ценностей”.

   Помощь голодающим Троцкий расширяет до борьбы с Церковью через изъятие церковных ценностей, разрушения церквей и репрессий против священников.

   Ленин, со свойственной ему широтой мышления, предложил использовать создающуюся трудную ситуацию не только для помощи голодающим, но гораздо шире.

   Поводом послужило сопротивление изъятию ценностей в городе Шуе.



Письмо В. И. Ленина членам Политбюро о событиях в г. Шуе и политике в отношении церкви

19 марта 1922 г.

СТРОГО СЕКРЕТНО

Просьба ни в каком случае копий не снимать. а каждому члену Политбюро (тов. Калинину тоже) делать свои заметки на самом документе. Ленин.

По поводу происшествия в Шуе, которое уже поставлено на обсуждение Политбюро, мне кажется, необходимо принять сейчас же твердое решение в связи с общим планом борьбы в данном направлении. Так как я сомневаюсь, чтобы мне удалось лично присутствовать на заседании Политбюро 20-го марта, то поэтому изложу свои соображения письменно...

Нам во что бы то ни стало необходимо провести изъятие церковных ценностей самым решительным и самым быстрым образом, чем мы можем обеспечить себе фонд в несколько сотен миллионов золотых рублей (надо вспомнить гигантские богатства некоторых монастырей и лавр). Без этого фонда никакая государственная работа вообще, никакое хозяйственное строительство в частности, и никакое отстаивание своей позиции в Генуе в особенности совершенно немыслимы. Взять в свои руки этот фонд в несколько сотен миллионов золотых рублей (а может быть, и в несколько миллиардов) мы должны во что бы то ни стало. А сделать это с успехом можно только теперь. Все соображения указывают на то, что позже сделать нам этого не удастся, ибо никакой иной момент, кроме отчаянного голода, не даст нам такого настроения широких крестьянских масс, который бы либо обеспечивал нам сочувствие этой массы, либо, по крайней мере, обеспечил бы нам нейтрализирование этих масс.

Самую кампанию проведения этого плана я представляю себе следующим образом: Официально выступить с какими то ни было мероприятиями должен только тов. Калинин, — никогда и ни в каком случае не должен выступать ни в печати, ни иным образом перед публикой тов. Троцкий...

На Съезде партии устроить секретное совещание всех или почти всех делегатов по этому вопросу совместно с главными работниками ГПУ, НКЮ и Ревтрибунала. На этом совещании провести секретное решение Съезда о том, что изъятие ценностей, в особенности самых богатых лавр, монастырей и церквей, должно быть проведено с беспощадной решительностью, безусловно ни перед чем не оста[на]вливаясь и в самый кратчайший срок...

Для наблюдения за быстрейшим и успешнейшим проведением этих мер назначить тут же на Съезде, т. е. на секретном его совещании, специальную комиссию при обязательном участии т. Троцкого и т. Калинина, без всякой публикации об этой комиссии с тем, чтобы подчинение ей всех операций было обеспечено и проводилось не от имени комиссии, а в общесоветском и общепартийном порядке...



   К секретному заседанию делегатов съезда, о котором пишет Ленин, Троцкий подготовил “совершенно секретную” пространную записку “О политике по отношению к церкви”. В ней Лев Давыдович со свойственной ему чертой — показать свою образованность — описывает деяния церкви с давних времен в Европе и в царской России, вскрывает ее буржуазно-соглашательскую суть.

   Церковь, вся пропитанная крепостническими, бюрократическими тенденциями, не успевшая проделать буржуазной реформации, стоит сейчас лицом к лицу с пролетарской революцией. Какова же сможет быть ее дальнейшая судьба? Намечаются два течения: явно, открыто контрреволюционное с чер-носотенно-монархической идеологией и — “советское”. Идеология “советского” духовенства, по-видимому, вроде сменовеховской, т. е. буржуазно-соглашательская.

   В то время, кроме репрессивной борьбы с религией, проводилась тайная линия ГПУ по разложению Церкви изнутри, предпринимались попытки “раскола”, создания обновленческой Церкви, которая сотрудничала бы с советской властью. Троцкий называл такую Церковь “сменовеховской”.

   Это мероприятие не устраивало Троцкого, ему не нужна была Православная Церковь вообще.

   “Сменовеховцев” Троцкий предлагает использовать временно, как тактическое средство:

 “...Если бы медленно определяющееся буржуазно-соглашательское сменовеховское крыло церкви развилось и укрепилось, то она стала бы для социалистической революции гораздо опаснее церкви в ее нынешнем виде. Ибо, принимая покровительственную “советскую” окраску, “передовое” духовенство открывает себе тем самым возможность проникновения и в те передовые слои трудящихся, которые составляют или должны составить нашу опору.

6. Поэтому сменовеховское духовенство надлежит рассматривать как опаснейшего врага завтрашнего дня. Но именно завтрашнего. Сегодня же надо повалить контрреволюционную часть церковников, в руках коих фактическое управление церковью. В этой борьбе мы должны опереться на сменовеховское духовенство, не ангажируясь политически, а тем более принципиально. (Позорные передовые статьи в партийных газетах о том, что “богородице приятнее молитвы накормленных детишек, чем мертвые камни” и пр.).

7. Чем более решительный, резкий, бурный и насильственный характер примет разрыв сменовеховского крыла с черносотенным, тем выгоднее будет наша позиция. Как сказано, под “советским” знаменем совершаются попытки буржуазной реформации православной церкви. Чтобы этой запоздалой реформации совершиться, ей нужно время. Вот этого-то времени мы ей не дадим, форсируя события, не давая сменовеховским вождям очухаться.

8. Кампания по поводу голода для этого крайне выгодна, ибо заостряет все вопросы на судьбе церковных сокровищ. Мы должны, во-первых, заставить сменовеховских попов целиком и открыто связать свою судьбу с вопросом об изъятии ценностей;

во-вторых, заставить довести их эту кампанию внутри церкви до полного организационного разрыва с черносотенной иерархией, до собственного нового собора и новых выборов иерархии.

9. Во время этой кампании мы должны сменовеховским попам дать возможность открыто высказываться в определенном духе. Нет более бешеного ругателя, как оппозиционного попа. Уже сейчас некоторые из них в наших газетах обличают епископов поименно в содомских грехах и пр. Думаю, что следует разрешить им и даже внушить им необходимость собственного органа, скажем, еженедельника для подготовки созыва собора в определенный срок. Мы получим, таким образом, неоценимый агитационный материал. Может быть, даже удастся поставить несколько таких изданий в разных концах страны. Мы до завершения изъятия сосредотачиваемся исключительно на этой практической задаче, которую ведем по-прежнему исключительно под углом зрения помощи голодающим. Попутно расправляемся вече-кистскими способами с контрреволюционными попами, ответственными за Шую, и пр.

10. К моменту созыва собора нам надо подготовить теоретическую и пропагандистскую кампанию против обновленной церкви. Просто перескочить чрез буржуазную реформацию церкви не удастся. Надо, стало быть, превратить ее в выкидыш. А для этого надо прежде всего вооружить партию истори-ко-теоретическим пониманием судеб православной церкви и ее взаимоотношений с государством, классами и пролетарской революцией.

11. Надо уже сейчас заказать одну программно-теоретическую брошюру, может быть с привлечением к этому делу М. Н. Покровского, если у него есть малейшая возможность...”


   Первыми с этой запиской знакомились члены Политбюро, любопытно их мнение: “За — Молотов. За — Зиновьев. За — Калинин”.

   Сталин не высказывался ни “за”, ни “против”.

   2 апреля 1922 года Политбюро ЦК РКП(б) утвердило “Практические предложения по изъятию ценностей”.

   Еще раз обращаю внимание на то, что Политбюро принимает меры по изъятию церковных ценностей для помощи голодающим. Троцкий же превращает это мероприятие в борьбу с Церковью вообще, с истреблением как старой, так (со временем) .и обновленной “сменовеховской” церкви. Это и есть доведение антирелигиозной (по программе — мирной, агитационной) борьбы до абсурда, то есть, прикрываясь архикоммунистическими высказываниями, вызвать недовольство среди верующих и духовенства (старого и нового толка), чем противопоставить народ и священнослужителей правительству. А правительство, в свою очередь, будет вынуждено подавлять это сопротивление, т. е. истреблять верующих.

   За выполнение директив Троцкого взялись с присущей им энергией и хорошей организованностью десятки тысяч бывших членов Еврейской коммунистической партии, принятых в ВКП(б) и только формально заявивших об отказе от своих сионистских постулатов.

   Не нужно увеличительного стекла, чтобы разглядеть во всем вышесказанном сионистские намерения: а) уничтожить стоящую на их пути православную веру; б) озлобить народ против большевиков, якобы являющихся проводниками этой антирелигиозной террористической политики.

По предложению Троцкого для осуществления его антирелигиозной программы были созданы газета “Безбожник” и журнал “Воинствующий безбожник”, а также “Центральный Совет Союза воинствующих безбожников”, состав которого (и подчиненных ему редколлегий, и актива авторов) не вызывает сомнения в их не только троцкистской, но и сионистской направленности. Они вели повседневную широкую атаку на православную веру. Ложь, провокации, грубое надругательство над чувствами верующих, оскорбление священнослужителей — это хорошо организованная и оплаченная кампания.

   В глубоком научном исследовании Н. А. Кривовой “Власть и церковь в 1922—1925 гг.” (Москва, АИРО-ХХ, 1997 г.) сказано:

   “Назначением М. И. Калинина — председателя официального высшего органа советской власти Президиума ВЦИК — председателем комиссии реализовывалась затея В. И. Ленина и Л. Д. Троцкого прикрыть самовластие партии и ГПУ “легальными” органами власти.

   В схеме Л. Д. Троцкого основной силой осуществления кампании в стране должна была стать разветвленная сеть секретных подготовительных комиссий на местах с параллельно существующими ширмами для прикрытия — официальными комиссиями... Создавалась двойная система особой конспирации, когда за плечами официальных комиссий советской власти действовал реальный механизм изъятия церковных ценностей в виде партийно-чекистских секретных комиссий Л. Д. Троцкого.

   Разрабатывались методы организации агитационной работы, которую планировалось проводить неофициально, не объявляя ее, привлекая к ней лучших агитаторов. Главные ее цели — борьба с религией и церковью...

   ...23 марта 1922 г. утверждены на заседании Политбюро ЦК РКП(б) серии предложений Л. Д. Троцкого о мероприятиях по захвату ценностей, представляющих собой инструкции по ведению пропагандистской кампании вокруг церкви. Их суть — прикрытие действительных целей кампании. Агитационное прикрытие...

   Первое, что должно было сработать и ввести в заблуждение, это непосредственная передача средств голодающим. Л. Д. Троцкий выдвинул предложение “ассигновать немедленно миллион рублей в счет изъятых церковных ценностей для получения хлеба для голодающих”, широко и демонстративно оповестив об этом как о первом ассигновании.

   Под видом участия духовенства в работе по учету церковного богатства М. И. Калинину было велено привлечь лояльного епископа Антонина (Грановского) “как спеца” и опять же придать это широкой огласке. Фигура епископа была подобрана троцкистами удачно и не случайно. Он был человеком чудовищно честолюбивым, угрюмым, внутренне надломленным и больным...

   Далее Л. Д. Троцкий беспардонно продиктовал 6 тезисов интервью М. И. Калинина, которое тот должен был дать печати от имени ВЦИК. Главной задачей М. И. Калинина было доказать официально распространяемую точку зрения, что изъятие ценностей не является борьбой с религией и церковью.

   Следующая цепь, которую Л. Д. Троцкий преследовал и пытался осуществить руками М. И. Калинина, касалась раскола. М. И. Калинин должен был публично объявить о том, что по вопросу изъятия ценностей духовенство разбивается на две группы. Первая, та, что лояльна властям, считает необходимым оказать голодающему народу помощь из церковных средств, которые созданы самим народом и ему, конечно же, принадлежат. А вот вторая “явно антинародная, жадная и хищная”. Она заняла “враждебную позицию по отношению к голодающему крестьянству, тем самым заняла враждебное положение и по отношению к советской власти”. Попытками опорочить российское духовенство в отказе помочь голодающим и объявить его преступным в контрреволюционной агитации против советской власти Л. Д. Троцкий рассчитывал поспособствовать расколу и восстановить против духовенства народные массы, поддержавшие сопротивление церкви проведению в жизнь декрета об изъятии, и направить их в лоно лояльной “обновленческой” церкви.

   Кроме того, М. И. Калинин призван был разъяснить крестьянам голодающих губерний, широким беспартийным массам и красноармейцам, что это “по их инициативе возник декрет об изъятии ценностей”. И что сейчас, несмотря на акты отчаянного сопротивления изъятию по всей России, “многомиллионные массы со всех сторон требуют полного и твердого выполнения декрета”.

   Партийная печать тут же ответила залпом статей. Вечером 25 марта 1922 г. в редакции газет “Известия”, “Рабочий”, “Коммунист”, “Беднота”, “Рабочая Москва” были направлены копии “беседы" с Председателем ВЦИК М. И. Калининым с “просьбой” напечатать ее уже 26 марта 1922 г. Тон “беседы” соответствовал прямым указаниям Л. Д. Троцкого ужесточить отношение к духовенству, и, несмотря на лицемерное отрицание основной цели кампании — разгрома церкви, призвать к открытой борьбе с ней.

   Все бразды правления держал в своих руках “главный двигатель широкой операции по разгрому российской православной церкви Л. Д. Троцкий”. (“Архивы Кремля”.Москва, 1997 год).

   Ввиду болезни Ленина, Троцкий верховодил в Политбюро, он пресекал малейшие попытки сопротивления акции по уничтожению Русской Православной Церкви. Об этом свидетельствует такой факт.

   По указанию Троцкого (и Ленина) в Шуе был проведен суд Ревтрибунала над двадцатью четырьмя священнослужителями. Четверо из них были приговорены к расстрелу.

   Дальше привожу цитату из исследования Н. А. Кривовой “Власть и церковь в 1922—1925 гг.”, в подтверждение объективности моего повествования: “Узнав о приговоре, М. И. Калинин на следующий же день 26 апреля 1922 г. телеграммой “вне всякой очереди” от имени Президиума ВЦИК предложил Сессии Трибунала приостановить исполнение смертного приговора. Случай неординарный, несмотря на то, что ВЦИК безусловно обладал правом помилования. Пренебрегая установками В. И. Ленина, Л. Д. Троцкого и директивами Политбюро ЦК РКП(б), М. И. Калинин посмел ослушаться и выступить как Председатель Президиума ВЦИК”.

   Троцкий был взбешен этой непокорностью Калинина и поставил на Политбюро вопрос о недисциплинированности председателя ВЦИК, который не выполняет предыдущее решение Политбюро о том, что он обязан подписывать и выполнять все исходящее от Троцкого в борьбе с Православной Церковью.

   Политбюро рассмотрело этот вопрос, осудило поведение Калинина, пригрозило ему взысканием и утвердило расстрель-ный приговор Ревтрибунала.

   Ниже приведена выписка из протокола этого заседания Политбюро.

   Постановление Политбюро ЦК РКП(б) о политике по отношению к церкви и о “недопустимости волокиты” в исполнении расстрельных приговоров. Из протокола заседания Политбюро N 8, п. 11



от 26 мая 1922 г.

СТРОГО СЕКРЕТНО

11. — О церкви (предложение т. Троцкого).

а). Принять предложение т. Троцкого (см. материалы ЦК).

б). Указать т.т. Калинину и Енукидзе на недопустимость волокиты, проявленной ими в проведении в жизнь решения ПБ от 18. V. — с. г. (пр.[отокол] 7, п. 13) и предложить им выполнить его в течение сегодняшнего дня.

СЕКРЕТАРЬ ЦК



   Калинин, видимо, знал о негативном отношении Сталина к репрессиям троцкистов против Церкви (в чем читатели убедятся через несколько страниц), поэтому Михаил Иванович просит защиты у Сталина.


   Письмо М. И. Калинина в ЦК РКП(б) И. В. Сталину о невыполнении на местах циркулярного письма ЦК РКП(б) об отношении к религиозным организациям:



8 июля 1924 г.

ЦК РКП тов. СТАЛИНУ

Ни циркуляр ЦК РКП от 16/VIII-23 г., ни соответствующие указания ВЦИК, ни ряд инструкций 5-го отдела Н.К.Ю. не привели к спокойному проведению на местах церковных вопросов, что доказывается ежедневными обращениями во ВЦИК...

Я бы хотел, чтобы Вы, тов. Сталин, ознакомились с документами, дали бы от имени ЦК строгую директиву об обязательном проведении директив ЦК.

Между прочим, нарастает стремление захватить все большее количество храмов и обратно — растет сила сопротивления, нарастает раздражение широких масс верующих.

Необходимо предпринимать соответствующие меры.

При сем прилагаю сводку ГПУ и исключительный по всей важности документ, исходящий от коммунистов, без подписи.

М. Калинин.



   Сталин к антирелигиозной акции троцкистов относился отрицательно, как видно из письма Калинина, он пытался снизить накал репрессий. Но в те годы Сталин не обладал еще такой властью, которая позволила бы ему открыто восстать против могучего тогда председателя Реввоенсовета Троцкого.

   Страну захлестнула волна террора против священнослужителей и верующих, защищающих церковные ценности от изъятия. Судебные процессы были проведены в Москве (дважды), Смоленске, Петрограде, Казани, Астрахани, Царицыне и других городах. Всего только в 1922 году более 250 судебных процессов, в 1923 году больше 300, за два года осуждено 10 тысяч человек, из которых каждый пятый приговорен к расстрелу.

   Калинин продолжал сопротивляться, он не только уклонялся от подписи расстрельных приговоров, но и выходил с ходатайством об их отмене. Троцкий продолжал наседать на непокорного Михаила Ивановича — вот еще один документ, подтверждающий это:



Пролетарии всех стран, соединяйтесь!

Партия (Большевиков).

ЦЕНТРАЛЬНЫЙ КОМИТЕТ.

 Бюро секретариата

КАЛИНИНУ

2 августа 1922 г.

Протокол № 3 п. 5

Строго секретно

заседания Пленума ЦК РКП от 2/VIII-22 г. N 3.

ПОСТАНОВИЛИ:

5.а/ Отклонить ходатайство Президиума ВЦИк'а о пересмотре директивы ЦК по вопросу о попах.

б/ Считать необходимым интервью т. Калинина в печати по поводу нашей политики в церковном вопросе. Текст поручить составить комиссии из т.т. Троцкого, Калинина и Бубнова.

Секретарь Цека



   Делегаты XII партсъезда, приехавшие с разных концов страны, выражая положение дел на местах, осудили грубые, репрессивные приемы антирелигиозной борьбы, как несоответствующие программе партии.

   Сталин, опираясь на мнение делегатов и решение XII съезда, издал:



Циркулярное письмо ЦК РКП(б) № 30

“Об отношении к религиозным организациям”

16 августа 1923 г.

Строго — Секретно Экземпляр] №

ВСЕМ ГУБКОМАМ, ОБКОМАМ, КРАЕВЫМ К[ОМИТЕ]ТАМ, НАЦИОНАЛЬНЫМ] ЦК и БЮРО ЦК. ЦИРКУЛЯРНОЕ ПИСЬМО ЦК РКП №30 (Об отношении к религиозным организациям).

ЦК предлагает всем организациям партии обратить самое серьезное внимание на ряд серьезных нарушений, допущенных некоторыми организациями в области антирелигиозной пропаганды и, вообще, в области отношений к верующим и к их культам.

Партийная программа говорит: “необходимо заботливо избегать всякого оскорбления чувств верующих, ведущего лишь к закреплению религиозного фанатизма”. Резолюция XI 1-го Партсъезда по вопросам антирелигиозной агитации и пропаганды подтверждает, что “нарочито грубые приемы, часто практикующиеся в центре и на местах, издевательство над предметами веры и культа взамен серьезного анализа и объяснения — не ускоряют, а затрудняют освобождение трудящихся масс от религиозных предрассудков”.

Между тем некоторые из наших местных организаций систематически нарушают эти ясные и определенные директивы партийной программы и партийного съезда...

Далее Сталин приводит многочисленные примеры надругательства над православными храмами и репрессий духовенства:

“Эти, и подобные им, многочисленные примеры с достаточной яркостью свидетельствуют о том, как неосторожно, несерьезно, легкомысленно относятся некоторые местные организации Партии и местные органы власти к такому важному вопросу, как вопрос о свободе религиозных убеждений. Эти организации и органы власти, видимо, не понимают, что своими грубыми, бестактными действиями против верующих, представляющих громадное большинстве населения, они наносят неисчислимый вред советской власти, грозят сорвать достижения партии в области разложения церкви и рискуют сыграть на руку контрреволюции.

Исходя из сказанного, ЦК постановляет:

1) воспретить закрытие церквей, молитвенных помещений... по мотивам неисполнения административных распоряжений о регистрации, а где таковое закрытие имело место — отменить немедля;

2) воспретить ликвидацию молитвенных помещений, зданий и проч. путем голосования на собраниях с участием неверующих или посторонних той группе верующих, которая заключила договор на помещение или здание;

3) воспретить ликвидацию молитвенных помещений, зданий и пр. за невзнос налогов, поскольку такая ликвидация допущена не в строгом соответствии с инструкцией НКЮ 1918 г. п. II;

4) воспретить аресты “религиозного характера”, поскольку они не связаны с явно контрреволюционными деяниями “служителей церкви” и верующих;

5) при сдаче помещений религиозным обществам и определении ставок строжайше соблюдать постановление ВЦИКа от 29/III-23 г.;

6) разъяснить членам партии, что наш успех в деле разложения церкви и искоренения религиозных предрассудков зависит не от гонений на верующих — гонения только укрепляют религиозные предрассудки, — а от тактичного отношения к верующим при терпеливой и вдумчивой критике религиозных предрассудков, при серьезном историческом освещении идеи бога, культа и религии и пр.;

7) ответственность за проведение в жизнь данной директивы возложить на секретарей губкомов, обкомов, облбюро, национальных ЦК и крайкомов лично.

ЦК вместе с тем предостерегает, что такое отношение к церкви и верующим не должно, однако, ни в какой мере ослабить бдительность наших организаций в смысле тщательного наблюдения за тем, чтобы церковь и религиозные общества не обратили религию в орудие контрреволюции.

Секретарь ЦК И. Сталин.16/VIII-23 г.



   Это было прямое противостояние Сталина Троцкому и защита Православной Церкви.

   Ни съезд, ни Сталин не отмечают личную ответственность Троцкого и троцкистов за выявленные недостатки и отступления от программы партии, потому что все указания шли от имени председателя ВЦИК Калинина и Политбюро, а все фамилии реальных виновников погрома Российской Церкви, как известно, “во избежание шовинистических выпадов” были спрятаны, законспирированы.

   Акцию против Русской Православной Церкви Троцкий и его единомышленники осуществили в полном объеме — они скомпрометировали большевиков в глазах верующих, репрессировали тысячи священников, разрушили, превратили в склады сотни церквей, породили раскол среди служителей Церкви, создав новую, “сменовеховскую”, церковную иерархию.

   Церкви и верующие были ограблены троцкистами нагло и безжалостно. Вот сколько изъято ценностей только до 1. 11. 22 г.

  Сводная ведомость ЦК Последгол ВЦИК о количестве изъятых церковных ценностей (4 ноября 1922 г.)

ВЕДОМОСТЬ

количества собранных церковных ценностей

по 1-е ноября 1922 г.

1. По телеграфным сведениям местных Комиссий по изъятию ц(ерковных) ц(енностей) изъято:

1. Золото 33 п. 32 ф.

2. Серебра 23 997 п. 23 ф.

3. Бриллиантов 35 670 шт.

4. Пр(очие) др(агоценности) камни 71 762 шт.

5. Жемчуга 14 п. 32 ф.

6. Золотой монеты 3 115 руб.

7. Серебрян(ой) монеты 19 155 руб.

8. Различ(ных) драг(оценных) вещей 52 п. 30 ф.

   Всего изъято по приблизительному подсчету на сумму 4 650 810 р. 67 к. Кроме указанных церковных ценностей отобраны антикварные вещи в количестве 964 пред(метов), которым будет произведена особая оценка. /ЦК Последгол ВЦИК: А. Винокуров/


   Все изъятые под предлогом помощи голодающим ценности в действительности пошли совсем на другие дела. Определенный процент — Троцкому, о чем сказано в постановлении Политбюро: “Реввоенсовет немедленно получит из числа драгоценностей на 25 миллионов рублей... сумма эта предназначена на мобилизационные запасы, не облагается налогом и при определении военной сметы не учитывается”. И еще Троцкому шли огромные суммы на осуществление его главной мечты — разжигание мировой революции.

   В письме Ленину, Красину, Молотову 23 марта 1922 года он требует денег немедленно: “...для нас важнее получить в течение 22—23 гг. за известную массу ценностей 50 миллионов, чем надеяться в 23—24 гг. получить 75 миллионов (для) наступления пролетарской революции в Европе, хотя бы в одной из больших стран...”

   Самые ценные антикварные вещи после изъятия, под строгим наблюдением лично Троцкого, направлялись в Госмузей. Какая трогательная забота о ценностях русского искусства! Но эта забота сразу обретает иной смысл, когда читатель узнает — Госмузей возглавляла жена Троцкого, мадам Троцкая (Седова).

   Большевики, захватив в начале 1920 года золотой запас империи, не нуждались в “церковных ценностях”; в этой кампании у троцкистов преобладала богоборческая цель, и вместо ожидаемых Лениным “сотен миллионов” или “миллиардов” золотых рублей они получили тысячную долю того: больше у Церкви не было.

   Кроме того, “большевики” издали декреты о национализации всего достояния России, а также о конфискации имущества, золота и драгоценностей не только у Церкви, но и у буржуазии, чиновников, эмигрантов (декрет от 16. 4. 1920). Российские ценности (как пишет проф. Сат-тон) шли за границу целыми пароходами. До сих пор публиковались лишь неполные сведения об этой закулисной стороне ограбления нашего Отечества, но ясно, что в руках троцкистов-сионистов оказались огромные богатства, накопленные Россией.

   Газета “Нью-Йорк Тайме” сообщала, например, что только за первые восемь месяцев 1921 г. США вывезли золота на 460 миллионов долларов, из них 102,9 миллиона приходятся на фирму, основанную Шиффом — “Кун, Леб и К°”.

   Вспомните: именно этот сионистский босс финансировал Троцкого, когда тот отправлялся из Америки делать революцию. Теперь Шифф, Варбург и другие деньгодатели получали свои дивиденды.

   Американские газеты не раз описывали (как и проф. Сат-тон) механизм “отмывания” награбленного золота: оно переплавлялось в Скандинавии и ввозилось в США с новыми клеймами. В частности, “директор шведского Монетного двора заявил, что в этом году (то есть с 1. 01 по 22. 04.1921) они переплавили 70 тонн золота стоимостью около 42 миллионов долларов США, и большая часть этого золота ушла в США. На переплавленное золото ставились клейма шведского Монетного двора. Количество “большевицкого” золота, находящегося в настоящее время в стокгольмских банках, оценивается в сумму более 120 миллионов долларов США”, — сообщил он.

   Именно в 1921 году “Нью-Йорк Тайме” выносит на первую полосу заголовок “Золотой потоп в Пробирной палате” и сообщает: “В результате непрерывного потока золота со всех краев земли, сейфы правительственной Пробирной палаты оказались до отказа набиты золотом в брусках, полосах и монетах... в результате чего она была вынуждена приостановить прием и спасовать перед тем количеством, которое банкиры собирались вывалить перед ней для переплавки и сертификации”.

   О том, как продавались ценности за границей, видно из записки в Политбюро наркома внешней торговли Л. Б. Красина:

   “Сейчас это дело стоит ниже всякой критики. Обыкновенно этот товар попадает в руки товарищей из Коминтерна, что абсолютная бессмыслица, так как людям, являющимся в данную страну по большей части нелегально и для работы, с такого рода торговлей ничего общего не имеющей, поручается продажа товара, на котором при современных условиях свободно могут проваливаться даже легальные профессиональные торговцы.

   В лучшем случае продажа ведется по-дилетантски через случайных знакомых и по ценам значительно ниже тех, которые могли бы быть выручены при более деловой постановке сбыта.

   Для продажи более крупных партий, подбираемых сейчас Гохраном, эти архаические методы уже совершенно недопустимы и опасны”.

   Таким образом, забота о голодающих, ради чего объявлялось изъятие церковных ценностей, отошла на десятый план.

   Огромные суммы расходовались на возглавляемую Троцким агитационно-пропагандистскую работу (Луначарский) и на тайную и явную кампанию по расколу и разгрому Российской Православной Церкви.

   Любопытна характеристика Троцкого той поры, которую дает в своей книге “Большой террор” Роберт Конквест — автор, очень недружественный к Советскому Союзу, компартии и особенно к Сталину:

   “Троцкий, вместе с остальными членами Политбюро, препятствовал попыткам больного Ленина оказывать воздействие на текущие дела “с больничной койки”. В последующих интригах Троцкий проявил себя отнюдь не прямым и последовательным, а как раз изворотливым и малодушным. Видный заладный исследователь того периода, профессор Гарвардского университета Адам Улам, пишет, что изложение событий самим Троцким — это “жалкая полуправда с попытками игнорировать факты”.

   “Троцкий никогда не упускал случая скрыть или извратить факты в интересах политики — продолжает Конквест. — Общая надежность его сочинений может быть оценена в свете выдвинутого Троцким обвинения, что Сталин, якобы, отравил Ленина. Этому нет ни малейших доказательств, да и бросил Троцкий это обвинение только в 1939 году, через много лет после смерти Ленина, и после своего изгнания из страны”, — уже сотрудничая с гитлеровцами, готовившими войну против СССР.

   И далее у Конквеста сказано:

“Когда говорят о том, что Троцкий был привлекательной личностью, то имеют в виду, главным образом, его выступления на крупных митингах, его острые сочинения, его общественный вес. Но при всем том Троцкий отталкивал многих своим тщеславием, с одной стороны, и безответственностью, с другой и в том смысле, что он был склонен выдвигать “блестящие” замыслы и потом требовать их воплощения, невзирая ни на что, во что бы то ни стало.
   Тщеславие Троцкого, в отличие от той же черты у Сталина, было более поверхностным. В Троцком было что-то театральное. В годы гражданской войны он показал себя очень жестоким, казнил людей больше, чем приписывают Сталину. Но даже в этом Троцкий выказывал черты позерства, этакого Великого Революционера, драматически и умело исполняющего жестокую волю Истории. Если бы Троцкий пришел к власти, то, несомненно, правил бы беспощадно, люди для него были материалом для достижения своих амбициозных, тщеславных целей”.

   Действия Сталина в эти годы можно считать дальновидными — он не мог открыто противопоставить себя Троцкому и его единомышленникам; тактика Сталина была выжидательная — сохранить себя и своих пока еще немногочисленных сторонников в руководстве партии для дальнейшей борьбы. Стратегические замыслы Сталина в религиозных делах проявятся позднее.

   Сталин очень уважал Ленина и поэтому попытался мик-шировать его резкие антирелигиозные указания.



СОВ. СЕКРЕТНО

Пролетарии всех стран, соединяйтесь!

Всесоюзная Коммунистическая партия (большевиков).

ЦЕНТРАЛЬНЫЙ КОМИТЕТ

12. 04. 1940 г.

ОСОБАЯ ПАПКА

УКАЗАНИЕ

 Все документы, имеющиеся в ЦК, связанные с ук. тов. Ленина В. И. № 13666/2 от 1 мая 1919 г. хранить в спецфонде и без личного распоряжения товарища СТАЛИНА никому не выдавать.

/ЗАВ. АРХЧАСТЬЮ ЦК /


   Позднее, укрепив свою власть и неоднократно победив оппозиционеров на съездах и пленумах, Сталин уже издает и такие документы, защищающие православие:



Пролетарии всех стран, соединяйтесь!

СТРОГО СЕКРЕТНО

Всесоюзная Коммунистическая партия (оольшевиков).

ЦЕНТРАЛЬНЫЙ КОМИТЕТ

№ 1037/19

12 сентября 1933 г. т. Менжинскому В. Р. 12.09.1933

В период с 1920 до 1930 годов в Москве и на территории прилегающих районов полностью уничтожено 150 храмов. 300 из них (оставшихся) переоборудованы в заводские цеха, клубы, общежития, тюрьмы, изоляторы и колонии для подростков и беспризорников.
Планы архитектурных застроек предусматривают снос более чем 500 оставшихся строений храмов и церквей.
На основании изложенного ЦК считает невозможным проектирование застроек за счет разрушения храмов и церквей, что следует считать памятниками архитектуры древнего русского зодчества.
Органы Советской власти и рабоче-крестьянской милиции ОГПУ обязаны принимать меры (вплоть до дисциплинарной и партийной ответственности) по охране памятников архитектуры древнего русского зодчества.

СЕКРЕТАРЬ ЦК


   Таким образом, все обвинения Сталина в терроре против церкви и духовенства, выдвигаемые в публикациях перестро-ечного периода, бьют мимо цели. Эти обвинения следовало бы адресовать Троцкому и его соратникам-сионистам.

   Вот документ, окончательно реабилитирующий Сталина в этом отношении.



Пролетарии всех стран, соединяйтесь!

СТРОГО СЕКРЕТНО

Всесоюзная Коммунистическая Партия (большевиков).

ЦЕНТРАЛЬНЫЙ КОМИТЕТ

№ 1697/13 11. 11. 1939 г.

товарищу Берия Л. П.

Выписка из протокола № 98 заседания Политбюро ЦК от 11.11.1939 г.

Решение от 11 ноября 1939 года

Вопросы религии.

По отношению к религии, служителям русской православной церкви и православноверующим ЦК постановляет:

1). Признать нецелесообразной впредь практику органов НКВД СССР в части арестов служителей русской православной церкви, преследования верующих.

2). Указание товарища Ульянова (Ленина) от 1 мая 1919 года за № 13666-2 “О борьбе с попами и религией”, адресованное пред. ВЧК товарищу Дзержинскому и все соответствующие инструкции ВЧК — ОГПУ — НКВД, касающиеся преследования служителей русской православной церкви и право-славноверующих, — отменить.

3). НКВД СССР произвести ревизию осужденных и арестованных граждан по делам, связанным с богослужительной деятельностью. Освободить из-под стражи и заменить наказание на не связанное с лишением свободы осужденным по указанным мотивам, если деятельность этих граждан не нанесла вреда советской власти.

4). Вопрос о судьбе верующих, находящихся под стражей и в тюрьмах, принадлежащих иным конфессиям, ЦК вынесет решение дополнительно.

СЕКРЕТАРЬ ЦК


   Если критики Сталина утверждают, что он был диктатором и единолично управлял страной, то давайте отметим как его личную заслугу освобождение многих тысяч священников и верующих, которых посадил в тюрьмы Троцкий, а после изгнания — его единомышленники. Вот еще один документ:



СЕКРЕТНО

ЦЕНТРАЛЬНЫЙ КОМИТЕТ

ВСЕСОЮЗНОЙ КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИЙ СССР(большевиков)

НАРОДНЫЙ КОМИССАРИАТСЕКРЕТАРИАТ ВНУТРЕННИХ ДЕЛ

22. 12. 30 г. 22 декабря 1939 г.

товарищу СТАЛИНУ И. В.  № 1227"Б” 224989

г. МОСКВА

СПРАВКА

Во исполнения решения ПБ ЦК ВКП(б) от 11 ноября 1939 года за №1697/13 из лагерей ГУЛАГ НКВД СССР освобождено 12 860 человек, осужденных по приговорам судов в разное время, из-под стражи освобождено 11 223 человека. Уголовные дела в отношении их прекращены. Продолжают отбывать наказание более 50 000 человек, деятельность которых принесла существенный вред советской власти.

Личные дела этих граждан будут пересматриваться. Предполагается освободить еще около 15 000 человек.

НАРОДНЫЙ КОМИССАР ВНУТРЕННИХ ДЕЛ СОЮЗА ССР

(Л. БЕРИЯ)

22 декабря 1939 г.


   Такова правда, позволяющая снять со Сталина персональное обвинение в репрессиях против Российской Церкви и духовенства. О его сближении с Церковью в годы войны будет сказано в соответствующих главах.

 

Религию - на службу Отечеству!

 

 

Земное и Небесное 9 серия Спаси и сохрани.

 


   Сталину было известно, что во всех церквах страны во время богослуженияпроизносятся патриотические молитвы за победу российских воинов. Как ученик духовной семинарии Иосиф Виссарионович хорошо понимал значение Церкви и религии в жизни страны. Он решил поддержать священнослужителей в их полезных деяниях на благо укрепления стойкости и твердости духа армии и народа.

   4 сентября 1943 гола к Сталину был вызван Г. Г. Карпов - председатель Совета по делам Русской Православной Церкви. Он пишет в своих воспоминаниях о том, какие вопросы задал ему Сталин:

...а) что собой представляет митрополит Сергий (возраст, физическое
состояние, его авторитет в церкви, его отношение к властям);

б) краткая характеристика митрополитов Алексия и Николая;

в) когда и как был избран в патриархи Тихон;

г) какие связи Русская Православная Церковь имеет с заграницей;

д) кто является патриархами Вселенским, Иерусалимским и другими;

) что я знаю о руководстве православных церквей Болгарии, Югославии,
Румынии;

ж) в каких материальных условиях находятся сейчас митрополиты Сергий,
Алексий и Николай;

з) количество приходов Православной Церкви в Советском Союзе и
количество епископата.

После того, когда мною были даны ответы на вышеуказанные вопросы, мне было задано три вопроса личного порядка:

а) русский ли я;

б) с какого года в партии;

в) какое образование имею и почему я знаком с церковными вопросами.

Продолжим воспоминания Г. Г. Карпова. "После этого Сталин сказал:

- Нужно создать специальный орган, который бы осуществлял связь с руководством Церкви. Какие у нас есть предложения?

   Оговорившись, что я к этому вопросу не совсем готов, я внес предложение организовать при Верховном Совете Союза ССР отдел по делам культов, и исходил я при этом из факта существования при ВЦИКе постоянно действующей
комиссии по делам культов.

   Товарищ Сталин поправил меня:

   - Организовывать комиссию или отдел по делам культов при Верховном Совете Союза ССР не следует.

   Несколько подумав, сказал:

- Надо организовать при Правительстве Союза, то есть при Совнаркоме, Совет, который назовем Советом по делам Русской Православной Церкви. На Совет будет возложено осуществление связей между Правительством Союза и патриархом. Совет самостоятельных решений не принимает, докладывает и получает указания от правительства.

   После этого Сталин спросил Маленкова и Берия, следует ли принимать ему митрополитов Сергия, Алексия, Николая. Они посчитали это положительным.

   Сталин сказал мне:

   - Позвоните митрополиту Сергию и от имени правительства передайте следующее: "Говорит с вами представитель Совнаркома Союза. Правительство имеет желание принять вас, а также митрополитов Алексия и Николая, выслушать ваши нужды и разрешить имеющиеся у вас вопросы. Правительство может вас
принять или сегодня же, через час-полтора, если это время вам не подходит, то прием может быть организован завтра (в воскресенье) или в любой день последующей недели".

   В присутствии Сталина Карпов созвонился с Сергием и, отрекомендовавшись представителем Совнаркома, передал вышеуказанное, попросил обменяться мнениями с митрополитами Алексием и Николаем, если они находятся в данное время у митрополита Сергия.

   Митрополит Сергий ответил:

   - Алексий и Николай благодарят за такое внимание со стороны правительства. Мы хотели бы, чтобы нас приняли сегодня.

   Сталин не откладывал то, что можно сделать без промедления.

   Через два часа митрополиты Сергий, Алексий и Николай прибыли в Кремль и были приняты Сталиным в кабинете Председателя Совнаркома Союза ССР. На приеме присутствовали Молотов и Карпов. (Дальше я привожу в пересказе почти стенографическую запись беседы, которую сделал Карпов).

   Сталин тепло поздоровался с митрополитами, сказал:

   - Правительство Союза знает о проводимой патриотической работе в церквах с первого дня войны; правительство получило очень много писем с фронта и из тыла, одобряющих позицию, занятую Церковью по отношению к государству.

   Затем Сталин попросил митрополитов высказаться об имеющихся у патриархии и у них лично назревших, но неразрешенных вопросах. Митрополит Сергий сказал:

   - Самым главным и наиболее назревшим вопросом является вопрос о центральном руководстве Церкви. Я почти 18 лет являюсь патриаршим местоблюстителем, а Синода в Советском Союзе нет с 1935 года. А потому я считаю желательным, чтобы правительство разрешило собрать архиерейский Собор, который и изберет патриарха, а также образует при главе Церкви Священный Синод как совещательный орган в составе пяти-шести архиереев.

   Митрополиты Алексий и Николай также высказались за образование Синода, заявив, что избрание патриарха на архиерейском Соборе они считают вполне каноничным, так как фактически Церковь возглавляет бессменно в течение восемнадцати лет патриарший местоблюститель митрополит Сергий.

   Одобрив предложение митрополита Сергия, Сталин спросил:

   - Как будет называться патриарх? Когда может быть собран архиерейский Собор? Нужна ли какая-либо помощь со стороны правительства для успешного проведения Собора, имеется ли помещение, нужен ли транспорт, нужны ли деньги?

   Сергий ответил:

   - Эти вопросы предварительно мы между собой обсуждали и считали бы желательным и правильным, если бы правительство разрешило для патриарха принять титул "патриарха Московского и всея Руси"; патриарх Тихон, избранный в 1917 году при Временном правительстве, тоже назывался "патриархом Московским и всея России".

   Сталин согласился, сказав, что это правильно. На второй вопрос митрополит Сергий ответил:

   - Архиерейский Собор можно будет собрать через месяц. Сталин улыбнулся и обратился к Карпову;

   - А нельзя ли проявить большевистские темпы?

   - Если мы поможем митрополиту Сергию соответствующим транспортом для быстрейшей доставки епископата в Москву (самолетами), то Собор мог бы быть собран и через три-четыре дня.

 

Поместный Собор Русской Православной Церкви.1945 года.

 


   После короткого обмена мнениями договорились, что архиерейский Собор соберется в Москве 8 сентября. На третий вопрос митрополит Сергий ответил:

   - Для проведения Собора никаких субсидий от государства не просим.

  Митрополит Сергий поднял, а митрополит Алексий развил вопрос о подготовке кадров духовенства, причем оба просили Сталина, чтобы им было разрешено организовать богословские курсы при некоторых епархиях.

  Сталин, согласившись с этим, в то же время добавил:

   - Почему вы ставите вопрос только о богословских курсах? Правительство
может разрешить организацию духовной академии и открытие духовных семинарий
во всех епархиях, где это нужно.

   Митрополит Алексий сказал:

   - Для открытия духовных академий еще очень мало сил и нужна соответствующая подготовка, а в отношении семинарий - принимать в них лиц моложе 18 лет считаю неподходящим, по прошлому опыту зная, что пока у человека не сложилось определенное мировоззрение, готовить их в качестве пастырей весьма опасно, так как получается большой отсев. Может быть, в
последующем, когда Церковь будет иметь соответствующий опыт работы с богословскими курсами, встанет этот вопрос, но и то организационная и программная сторона семинарий и академий должна быть резко видоизменена.

   Сталин сказал:

   - Ну, как хотите, это дело ваше, если хотите богословские курсы - начинайте с них, но правительство не будет иметь возражений и против открытия семинарий и академий.

   Сергий поднял вопрос об организации издания журнала Московской патриархии, который бы выходил один раз в месяц и в котором бы освещалась как хроника Церкви, так и печатались статьи, речи, проповеди богословского и патриотического характера.

   Сталин ответил:

   - Журнал можно и следует выпускать.

   Затем митрополит Сергий затронул вопрос об открытии церквей в ряде епархий, сказав, что вопрос об этом перед ним ставят почти все епархиальные архиереи, что церквей мало и что уже очень много лет церкви не открываются.

   При этом митрополит Сергий сказал, что он считает необходимым предоставить право епархиальным архиереям входить в переговоры с гражданской властью по вопросу открытия церквей.

   Сталин ответил:

   - По этому вопросу никаких препятствий со стороны правительства не будет.

   Митрополит Алексий поднял вопрос довольно щепетильный - об освобождении некоторых архиереев, находящихся в ссылке, в лагерях, в тюрьмах.

   Сталин коротко сказал:

   - Представьте такой список, мы его рассмотрим.

   Сергий поднял тут же вопрос о предоставлении права свободного проживания и передвижения внутри Союза и права исполнять церковные службы священнослужителями, отбывшими по суду срок своего заключения, - то есть вопрос о снятии запрещений, вернее, ограничений, связанных с паспортным режимом.

   Сталин предложил Карпову этот вопрос изучить.

   Поговорили о делах финансовых.

   Митрополит Алексий сказал, что он считает необходимым предоставление епархиям права отчислять некоторые суммы из касс церквей и епархий в кассу центрального церковного аппарата для его содержания (патриархия, Синод), и в связи с этим же митрополит Алексий привел пример, что инспектор по административному надзору Ленсовета Татаринцева такие отчисления делать не разрешала.

   В связи с этим же вопросом он, а также митрополиты Сергий и Николай считают необходимым, чтобы было видоизменено положение о церковном управлении, а именно, чтобы священнослужители получили право быть членами исполнительного органа Церкви.

   Сталин против этого не возражал.

   Митрополит Николай затронул вопрос о свечных заводах, заявив, что в данное время церковные свечи изготовляются кустарями, продажная цена свечей в церквах весьма высокая, и он, митрополит Николай, считает лучшим предоставить право иметь свечные заводы при епархиях.

   Сталин сказал, что Церковь может рассчитывать на всестороннюю поддержку правительства во всех вопросах, связанных с ее организационным укреплением и развитием внутри СССР. И - обращаясь к Карпову:

   - Надо обеспечить право архиерея распоряжаться церковными суммами. Не надо делать препятствий к организации семинарий, свечных заводов и так далее. - Затем, обращаясь к трем митрополитам: - Если нужно сейчас или если нужно будет в дальнейшем, государство может отпустить соответствующие субсидии церковному центру. Вот мне доложил товарищ Карпов, что вы очень
плохо живете: тесная квартира, покупаете продукты на рынке, нет у вас никакого транспорта. Поэтому правительство хотело бы знать, какие у вас есть нужды и что вы желали бы получить от правительства.

   Митрополит Сергий ответил:

- Для патриархии и для патриарха прошу принять внесенные митрополитом Алексием предложения о предоставлении в распоряжение бывшего игуменского корпуса в Новодевичьем монастыре, а что касается обеспечения продуктами, то эти продукты мы покупаем на рынке, но в части транспорта просил бы помочь, если можно, выделением машины.

- Помещения в Новодевичьем монастыре товарищ Карпов посмотрел, - сказал Сталин, - они совершенно не благоустроены, требуют капитального ремонта, и для того, чтобы занять их, надо еще много времени. Там сыро и холодно. Ведь надо учесть, что эти здания построены в XVI веке. Правительство вам может выделить завтра же вполне благоустроенное и подготовленное помещение, предоставив трехэтажный особняк на Чистом переулке, который занимал ранее бывший немецкий посол Шуленбург. Но это здание советское, не немецкое, так что вы можете совершенно спокойно в нем жить. При этом особняк мы вам предоставляем со всем имуществом, мебелью, которая имеется в нем, а для того, чтобы лучше иметь представление об этом здании, мы сейчас вам покажем план его. (Видно, готовился Сталин к этой встрече - знал о состоянии помещений и имел план под рукой).

   Через несколько минут Поскребышев принес план особняка с его надворными постройками и садом. Было условлено, что на другой день, 5 сентября, Карпов предоставит возможность митрополитам лично осмотреть эти помещения.

   Сталин вновь затронул вопрос о продовольственном снабжении:

   - На рынке продукты покупать вам неудобно и дорого, и сейчас продуктов на рынок колхозник выбрасывает мало. Поэтому государство может обеспечить продуктами вас по государственным ценам. Кроме того, мы завтра-послезавтра предоставим в ваше распоряжение две-три легковые автомашины с горючим. Нет ли еще каких-либо вопросов, нет ли других нужд у Церкви?.. Ну, если у вас больше нет к правительству вопросов, то может быть, будут потом. Правительство предполагает образовать специальный государственный аппарат, который будет называться Совет по делам Русской Православной Церкви, и председателем Совета предполагается назначить товарища Карпова. Как вы смотрите на это?

   Все трое заявили, что они весьма благодарны за это правительству и лично товарищу Сталину и весьма благожелательно принимают назначение на этот пост товарища Карпова.

   Сталин сказал:

   - Совет будет представлять собою место связи между правительством и Церковью, и председатель его должен докладывать правительству о жизни Церкви и возникающих у нее вопросах.

   Обращаясь к Карпову, Сталин произнес:

   - Подберите себе два-три помощника, которые будут членами вашего Совета, образуйте аппарат, но только помните, во-первых, что вы не обер-прокурор, во-вторых, своей деятельностью больше подчеркивайте самостоятельность Церкви.

   Тут же, при митрополитах, Сталин обратился к Молотову:

   - Надо довести об этом до сведения населения, так же, как потом надо будет сообщить населению и об избрании патриарха.

   Вячеслав Михайлович сразу же стал составлять проект коммюнике для радио и газет, при этом вносились соответствующие замечания, поправки и дополнения как со стороны Сталина, так и со стороны митрополитов Сергия и Алексия.

Текст извещения был принят в следующей редакции:


   "4 сентября с. г. у Председателя Совета Народных Комиссаров СССР
товарища И. В. Сталина состоялся прием, во время которого имела места беседа
с патриаршим местоблюстителем митрополитом Сергием, Ленинградским
митрополитом Алексием и экзархом Украины Киевским и Галицким митрополитом
Николаем. Во время беседы митрополит Сергий довел до сведения Председателя
Совнаркома, что в руководящих кругах Православной Церкви имеется намерение
созвать Собор епископов для избрания Патриарха Московского и всея Руси и
образования при патриархе Священного Синода.

Глава правительства товарищ И. В. Сталин сочувственно отнесся к этим
предложениям и заявил, что со стороны правительства не будет к этому
препятствий.

При беседе присутствовал заместитель Председателя Совнаркома СССР
товарищ В. М. Молотов".

(Это коммюнике было опубликовано в газете "Известия" 5 сентября 1943
года).


   Текст коммюнике был вручен Поскребышеву для передачи в этот же день на радио и в ТАСС дли напечатания в газетах.

   После этого Молотов обратился к Сергию с вопросом:

- Когда лучше принять делегацию англиканской Церкви, желающую приехать в Москву, во главе с архиепископом Йоркским?

   Сергий ответил, что поскольку Собор епископов будет собран через четыре дня, а значит, и будут проведены выборы патриарха, англиканская делегация может быть принята в любое время.

   Молотов сказал, что, по его мнению, лучше будет принять эту делегацию
месяцем позднее.

   В заключение приема выступил митрополит Сергий с кратким благодарственным словом к правительству и лично товарищу Сталину.

  Молотов спросил Сталина:

  - Может, следует вызвать фотографа?

  Сталин ответил:

   -    Нет, сейчас уже поздно, второй час ночи, поэтому мы сделаем это в другой раз.

   Сталин, попрощавшись с митрополитами, проводил их до дверей своего кабинета.

   Тайный прием был историческим событием. О значении в жизни и деятельности Церкви и священнослужителей этого "мероприятия", проведенного лично Сталиным (никто другой на такое не отважился бы), говорить не приходится. Может быть, следует только напомнить любителям расписывать жестокость Сталина о таких вот добрых его делах. Ищущие правду не должны забывать и об этом.

 

 

Крест и молот

Сергей НИКОЛЬСКИЙ
Специально для «Совершенно секретно»



 

Обращение Всеславянского комитета подписывают в январе 1943 года глава комитета генерал Александр Гундоров (слева), патриарх Сергий и чехословацкий полковник Людвиг Свобода
РИА «НОВОСТИ»


«В России должен появиться свой Православный Ватикан – государство с Патриархом Московским и Всея Руси во главе!» От очередной инициативы депутата Государственной думы Алексея Митрофанова представители как духовной, так и светской власти поспешили откреститься.

Между тем идея не нова. Шестьдесят лет назад похожие планы вынашивал Иосиф Сталин. Глобальный проект по созданию церкви нового типа, задуманный генералиссимусом в 1943 году, исследователи называют «Православным Ватиканом» или «Церковным Коминтерном». Причем даже сегодня большая часть относящихся к нему материалов находится в архивах спецслужб под грифом «Совершенно секретно».
 


Кремлевская вечеря

Идея обратить цивилизованный мир в новую, советскую веру овладела умами кремлевских небожителей в годы Второй мировой войны. В какой-то степени их подтолкнула к этому и тогдашняя политическая реальность.

Союзники просили Сталина о двух вещах: распустить Коминтерн и смягчить официальную политику в отношении религии. Иосифу Виссарионовичу дали понять: при продолжении жесткой антирелигиозной политики и расправ над священнослужителями дальнейшее общение с западными лидерами будет сильно затруднено, их просто не поймут набожные избиратели.

Официально Сталин принял оба условия. А неофициально в июне 1943-го подписал секретное распоряжение об активизации деятельности советской разведки на территории европейских стран. Одним из пунктов документа было указание об использовании – чаще всего «втемную» – в целях идеологической борьбы выезжающих за рубеж представителей Московской патриархии.

Священнослужители в качестве «народных» дипломатов идеально подходили для роли посредников между СССР и остальным миром: в Кремле, перефразируя «крестного отца» Аль Капоне, отлично понимали, что добрым словом и танками можно добиться гораздо большего, нежели только танками. Разумеется, при условии, что говорить будут люди стопроцентно лояльные.

Русская православная церковь была вынуждена принять «игру»: впервые на священнослужителей перестали смотреть как на врагов действующего строя и идеологических противников.

Конечно, смягчение официальной политики в отношении церкви объяснялось не только пожеланиями союзников. Не случайно говорили: в окопах и под бомбежкой атеистов нет. Сам Сталин 7 ноября 1941 года впервые обратился к народу со словами «братья и сестры», а не дежурным «товарищи» или «граждане». Трудно сказать, действительно ли пробудились религиозные чувства в бывшем семинаристе. Во всяком случае, политическое решение – «поощрить» патриотические чувства Русской православной церкви, во время войны собравшей колоссальные средства на оборону, – было принято.

Изменились и нюансы идеологии: идею мировой революции сменяет идея великодержавная. Политбюро ЦК ВКП(б) отменяет институт политкомиссаров, существовавший в Красной Армии с 1918 года. Правда, их место занимают «замполиты», но сильно урезанные в полномочиях. В июле 1942 года учреждается орден Александра Невского, князя, канонизированного двести лет тому назад: до этого единственным орденом оставался орден Красного Знамени. Учреждается аналог ордена Святого Георгия Победоносца – Орден Славы: в сущности, тот же легендарный «Георгий», только со звездой вместо креста. В августе 1943 года восстанавливаются по сути царские кадетские корпуса – суворовские училища для сыновей погибших военных.

Выходит указ о раздельном обучении в средней школе, причем для девочек вводится униформа, в точности повторяющая форму царских гимназий.

Но настоящей сенсацией становится восстановление в 1943 году патриаршества, ликвидированного еще Петром Первым в восемнадцатом веке и ненадолго возродившегося после революции 1917 года.

Собственно, консультации на высшем уровне с предстоятелями Русской православной церкви велись с осени 1942 года. А год спустя в кабинете Сталина в присутствии министра иностранных дел Вячеслава Молотова и будущего руководителя Совета по делам Русской православной церкви офицера НКВД Георгия Карпова происходит примечательный диалог.

На предложение Сталина о созыве Собора и выборах Патриарха митрополит Сергий (Старгородский) жалуется на то, что в стране катастрофически не хватает священников, а необходимых для легитимности Собора архиереев придется несколько месяцев разыскивать по лагерям. Генеральный секретарь, в свою очередь, интересуется, куда же они пропали, на что иерарх отвечает, намекая на семинаристское прошлое вождя: «Их не хватает по разным причинам. Одна из них – мы готовим священников, а они становятся генеральными секретарями…» Точку в разговоре ставит вождь и учитель: «Месяц – это очень долго. А если большевистскими темпами, за три дня?»

После той самой легендарной встречи «отец народов» и бывший семинарист лично проводил митрополита Сергия, человека уже очень пожилого, до лестницы, аккуратно поддержав под локоть. «Как истинный иподьякон»,– отмечают историки религии. «Это все, что я пока могу сделать для вас, Владыко»,– сказал Сталин.

В итоге на подготовку к Собору действительно уходит минимум времени: сказывается поддержка вновь назначенного советского «обер-прокурора Синода» – полковника Карпова. В 1943 году Патриархом избирается митрополит Сергий (Старгородский).

В том же году начинают выпускать из тюрем и лагерей священников, отдают церкви храмы, разрешают открывать духовные учебные заведения, предоставляют официальную резиденцию – бывший особняк немецкого посла Шуленбурга в Москве. Возможно, после этих событий в русском языке и появляется неологизм «Митрополитбюро».
 


«Митрополитбюро»

Но и от церкви, в свою очередь, ожидали многого, прежде всего, распространения советского влияния в православном мире и обеспечения благоприятного имиджа СССР на международной арене. Ведь в странах Восточной Европы достаточно много последователей Русской православной церкви, и входить туда в качестве «большевиков-безбожников» было по меньшей мере недальновидно.

Еще в конце 1942 года митрополит Сергий (Старгородский), будущий «советский» Патриарх, обратился к румынскому духовенству и солдатам румынской армии с призывами «окончить войну с русским народом, с которым румыны связаны узами христианского братства, и прекратить пролитие братской единоверной крови». Еще одно обращение митрополита Сергия «Всем христианам в Югославии, Чехословакии, Элладе и прочих странах и народам, томящимся под гнетом фашистских оккупантов» после обязательной редактуры в ЦК ВКП(б) было напечатано массовым тиражом и переправлено через линию фронта. Активно сотрудничал с властями в области антинацистской пропаганды митрополит Николай (Ярушевич), один из участников секретной встречи в Кремле осенью 1943-го: будучи членом Всеславянского комитета, он также призывал братьев-славян поддержать СССР в борьбе с нацистами.

Руководство СССР получило уникальный исторический и геополитический шанс: через православные экзархаты, епархии, благочиния, духовные миссии в Китае, Японии, Америке, Палестине, Корее, Восточной и Западной Европе распространить свое влияние чуть ли не на половину мира!

И хотя формально Московской патриархии подчинялось относительно не много приходов во всех этих регионах, духовные узы общения в лоне русского православия сохранялись. Кроме того, некоторые европейские православные иерархи, главным образом из числа эмигрантов первой волны, были заинтересованы в восстановлении могущественной Русской церкви с ее дореволюционным международным влиянием: победоносная Красная Армия и Советский Союз во главе со Сталиным казались им новым воплощением идеи «Великой Руси».

По сути, проект «Церковный Коминтерн», задуманный Сталиным как ключевой этап борьбы за лидерство в послевоенном мире, начал действовать. И первые его результаты ошеломляли. В течение 1945 года под покровительство Московской патриархии одна за другой переходят православные церкви в освобождаемых от нацистов европейских странах. Иерархи из Москвы активно занимаются там «челночной дипломатией».
                                                                                                                                                                                                                                                                           

Избранный после смерти Сергия Старгородского в 1945 году Патриарх Алексий Первый (Симанский), прибегая к современным терминам, «лоббирует» снятие Константинопольской патриархией и ее главой Максимом V, симпатизировавшим СССР, схизмы с Болгарской православной церкви.

В апреле – мае 1945-го делегацию Московской патриархии торжественно принимают власти Югославии и Румынии. Румынский патриарх Никодим, ранее в симпатиях к СССР не замеченный, осенью 1946 года посещает Москву с ответным визитом и обещает, что Московской патриархии передадут храм в Бухаресте для организации подворья.

«Патриарх Никодим и румынские епископы Николай и Юстиниан высказывали также мысль о том, что Москва должна стать центром православия, а Русская православная церковь возглавить борьбу с католицизмом»,– пишет в докладной записке в ЦК руководитель Совета по делам РПЦ Георгий Карпов.

В 1947 году на уговоры Московской патриархии поддается и сербский патриарх Гавриил. Он дает согласие на переезд в Югославию: после освобождения в 1944 году из концлагеря Дахау иерарх жил в Италии в ожидании возвращения на престол югославского короля Петра, никак не желая мириться с режимом Тито.

В Чехословакию, где после расстрела фашистами в 1942 году единственного епископа и значительной части священников само существование православной церкви оказывается под угрозой, в октябре 1945 года приезжает архиепископ Орловский и Брянский Фотий. К январю 1946 года Чехословацкая православная церковь переходит в юрисдикцию Московской патриархии, а главой учрежденного экзархата архиепископом Пражским и Чешским становится бывший епископ Ростовский Елевферий. Очень скоро в Карловых Варах открывается православная семинария, а глава делегации Московской патриархии в Албании епископ Ужгородский и Мукачевский Нестор участвует в хиротонии (рукоположении) в епископский сан бывшего партизана архимандрита Паисия. Тот, в свою очередь, через некоторое время возглавляет Албанскую православную церковь, ориентированную на Москву.

Даже воссоединение русских эмигрантских приходов в Западной Европе первое время проходит довольно удачно – ведь для большинства русских людей, оставивших страну после революции и гражданской войны, церковь оставалась единственным, что связывало их с Родиной. После победы СССР над Гитлером новый, «советский» патриотизм считался в эмигрантских кругах хорошим тоном. Так или иначе, но вскоре после освобождения Парижа, в ноябре 1944 года, митрополит Евлогий, глава Западно-Европейской русской епархии, находящейся в юрисдикции Константинопольской патриархии, пишет будущему Патриарху Алексию о желании «пересмотреть статус и восстановить связи с Москвой». Правда, после смерти Евлогия в августе 1946 года епархиальное собрание высказалось за то, чтобы остаться в лоне Константинопольской патриархии. В итоге лишь около 20 приходов сохранили верность Патриарху Алексию.

Разумеется, было бы наивностью считать, что эффективная дипломатия Московской патриархии не встречала сопротивления со стороны вчерашних союзников. И если в Европе священнослужители из Москвы и их сторонники были надежно прикрыты советскими танками, то в других регионах мира дела обстояли по-иному.

Священники нескольких русских приходов Египта и Южной Кореи, вернувшихся в юрисдикцию Московской патриархии, были арестованы под надуманными предлогами и после тюремного заключения высланы из этих стран, традиционно находившихся под контролем Великобритании и США.

В 1946 году американские военные власти в Японии сорвали попытку православных японцев обратиться к Патриарху Алексию с просьбой прислать им епископа, не пустив иерарха из Москвы в страну, а затем привезли своего священнослужителя из Штатов, передав ему все храмы и помещение русской духовной миссии.
 


Наш ответ Ватикану.

Церковная дипломатия Москвы не ограничивалась деятельностью на канонической, православной территории. Тем более что по мере продвижения Красной Армии на Запад, в регионы традиционного католического влияния, надо было решать проблему поиска контактов с Ватиканом.

Состоянием римско-католических костелов на территории СССР, судя по докладной записке 2-го управления НКГБ, Сталин заинтересовался еще зимой 1943 года. Причем поначалу официальная Москва была настроена на диалог с папским престолом. Во всяком случае, сотрудники Совета по делам РПЦ и Совета по делам религиозных культов в 1944 году вели переговоры с руководством католических общин в западных районах СССР, главным образом в Прибалтике.

Латвийским католикам разрешили открыть несколько духовных учебных заведений, генеральный секретарь ЦК ВКП(б) Сталин и нарком иностранных дел Молотов принимали в Кремле высокопоставленных представителей зарубежных представителей римско-католической церкви. «Советский Союз готов к сотрудничеству с папой римским и не собирается ущемлять права католиков» – так формулировалась официальная позиция.

Но в Ватикане не очень-то верили в искренность Кремля и «безбожного большевистского режима». Кроме того, политическая риторика Папы Пия Двенадцатого, призывавшего сначала к прощению побежденных во Второй мировой войне, а потом и к созданию конфедерации Придунайских стран и комитета «Католического действия», никак не могла устроить официальную Москву.

Ведь Ватикан по большому счету планировал свой «симметричный ответ» «Церковному Коминтерну». Начиная с 1945 года, позиция Советского Союза и Русской православной церкви по отношению к Ватикану становится откровенно враждебной. «Защитники и пособники фашистов» – это была еще относительно мягкая агитационная идиома.

Естественным образом борьба с Ватиканом и объединение вокруг Московской патриархии стали главными вопросами «повестки дня» Поместного Собора 1945 года, проходившего в столице СССР, – «почти Вселенского собора», по восторженному выражению митрополита Алеутского и Североамериканского Вениамина (Федченкова). Главы и представители восьми автокефальных (самостоятельных) православных церквей, по сути, присягнули на верность политико-религиозному курсу Советского Союза. «Церковный Коминтерн» обретал все более зримые очертания.

Впрочем, не обошлось и без прямых – и весьма щедрых – инвестиций в лояльность православных иерархов. В некоторых источниках указывается суммы до полумиллиона рублей. Почетные гости Собора, влиятельные патриархи Александрийский Христофор и Антиохийский Александр увозили с собой из Москвы золотые панагии с драгоценными камнями, архиерейские облачения из золотой парчи, шитые золотом митры с драгоценными камнями.

Даже тон комментариев в скептически настроенной зарубежной прессе был предельно доброжелательным: «Москва сейчас возрождает византийские традиции и сможет объединить вокруг патриаршего трона православные церкви Востока, Балкан, стран Центральной Европы и Америки».

И действительно, под юрисдикцию Московской патриархии окончательно переходят русские приходы в Восточной Германии, с Русской православной церковью воссоединяется Дальневосточный митрополичий округ, со времени Первой мировой войны управлявшийся независимо от Москвы. Архиепископ Китайский и Пекинский Виктор поздравляет Патриарха Алексия с возведением на патриарший престол, просит принять «под Вашу высокую руку» и заодно – ходатайствовать перед руководством СССР о предоставлении советского гражданства русским эмигрантам в Китае.

Руководитель Совета по делам РПЦ Георгий Карпов вписывает проведение Поместного Собора 1945 года в свой актив: советского обер-прокурора награждают высшей государственной наградой – орденом Ленина.

Политический успех было решено развивать по главным стратегическим направлениям христианского мира: летом 1945-го года с личной санкции Сталина Патриарх Алексий Первый впервые в отечественной истории посетил с официальным визитом наиболее авторитетных в православном мире Иерусалимского, Антиохийского и Александрийского патриархов.

К слову, патриарх Антиохийский Александр Третий, в свое время блистательно окончивший Киевскую духовную академию и свободно говоривший по-русски, считался признанным русофилом и деятельным сторонником восстановления русского влияния на восточные церкви.

После возвращения с Ближнего Востока делегация Московской патриархии разделилась: сопровождавший Патриарха Алексия в поездке по Ближнему Востоку митрополит Николай отправился в Англию, где встретился с королем Георгом, архиепископами Кентерберийским Фишером и Йоркским Гарбетом, а также с представителями русской эмигрантской общины.



Патриарх Московский и всея Руси Алексий был одним из главных исполнителей сталинского плана построения «Православного Ватикана»
РИА «НОВОСТИ»


Историки религии отмечают крайне благожелательную атмосферу этих визитов. Впрочем, есть иные версии, объясняющие сугубо позитивный настрой хозяев. Хотя проверить, действительно ли Константинопольский патриарх Максим Пятый получил от неких спецпредставителей Советского Союза 50 тысяч долларов в обмен на поддержку просоветски настроенных греческих повстанцев, сегодня уже невозможно.

ВСЦ против РПЦ

Зато достоверно известно другое: летом 1948 года, когда в Москве собралось Всеправославное Совещание, в подготовительных документах именовавшееся «Вселенским Собором», в Кремле были уверены, что объединение славянского и всего православного мира вокруг Московской патриархии и официальной Москвы – вопрос времени, не более того.

«Русской православной церкви давно пора занять то место в мире, которое она действительно заслуживает» – тон реляций председателя Совета по делам РПЦ Георгия Карпова не оставлял сомнений в скорой победе. Но вскоре стало понятно, что «советский обер-прокурор» поспешил с выводами.

Подготовка к Всеправославному Совещанию велась с большевистским размахом: на идеологии советское руководство никогда не экономило. Планировалась передача Иерусалимской, Сербской, Антиохийской и Александрийской патриархиям подворий соответственно в Москве, Киеве и Ленинграде.

Главы Константинопольской, Кипрской, Греческой, Албанской и Сербской церквей должны были получить замаскированные под крупные пожертвования персональные подарки в валюте. Московской патриархии пообещали передать все здания Троице-Сергиевой лавры и собор в Новодевичьем монастыре. От участников церковного форума требовалось, во-первых, образовать единый блок по борьбе с Ватиканом, а по сути, с идеологическим влиянием Запада; во-вторых, признать «руководящую и направляющую роль» Московской патриархии в деле объединения всего православного мира.

Для этого Московская патриархия должна была получить титул «Вселенской», потеснив патриархию Константинопольскую с ее почти тысячелетним вселенским титулом.

Одновременно Сталин оживленно обсуждает с болгарским лидером Георгием Димитровым и югославским руководителем Иосипом Тито, тогда еще «товарищем Тито», а не врагом СССР и всего мирового коммунизма, проект создания Балканской Федерации.

Речь идет о появлении на мировой политической карте просоветского социалистического государства, объединяющего Югославию, Болгарию и Албанию, славянской державы от Адриатики до Волги.

Летом 1948 года одиннадцать глав автокефальных православных церквей из тринадцати прибыли в Москву на Всеправославное Совещание. Правда, статус форума к тому времени был вынужденно понижен из-за развернувшейся в западной прессе антисоветской кампании и давления Ватикана на восточных православных иерархов.

Но главной причиной стало нежелание Константинопольской патриархии терпеть конкурентов в лице Московской, о чем было прямо заявлено в телеграмме главы Кипрской церкви, традиционно ориентированной именно на Константинополь: «К сожалению, не принимаем приглашения на Всеправославный Собор, каковые полномочия имеет одна лишь Вселенская патриархия Константинопольская».

В итоге делегаты от Константинопольской и Греческой (Элладской) церквей хотя и прибывают в Москву, но посещают только многочисленные праздничные мероприятия, игнорируя официальные заседания. Впрочем, эти демарши оказываются единственными, и в целом Всеправославное Совещание проходит вполне в рамках сценария Совета по делам РПЦ и Московской патриархии, который периодически редактируют в отделе пропаганды и агитации ЦК ВКП(б): к примеру, там советуют «усилить» те пункты резолюции, что касаются реакционной деятельности Ватикана.

Собственно, именно резолюция «Ватикан и православная церковь», а также «Обращение к христианам всего мира», опять-таки призывающее к борьбе с Ватиканом и Папой, становятся главными итоговыми документами Всеправославного Совещания.

Глава Совета по делам РПЦ Георгий Карпов готовится к получению очередного ордена: все восточноевропейские церкви перешли под юрисдикцию Московской патриархии, все планировавшиеся постановления приняты, плацдарм для триумфального шествия «Церковного Коминтерна» по планете, казалось бы, создан.

Но головокружение от успехов быстро проходит. На Западе спешат принять контрмеры. В августе-сентябре 1948 года, почти одновременно с Всеправославным Совещанием, в Амстердаме проходит первая учредительная ассамблея Всемирного совета церквей (ВСЦ), собирающая более трехсот делегатов от ста пятидесяти религиозных организаций. Очевидно, конкуренты Москвы поработали над явкой гораздо результативнее. Несмотря на противодействие СССР, в ассамблее участвуют и несколько представителей православных церквей.

Кроме того, в ноябре 1948 года новым Константинопольским (Вселенским) патриархом избирается архиепископ Нью-Йоркский Афиногор, который призывает к сотрудничеству христиан и мусульман для борьбы против коммунизма на собственной интронизации.

Кремль никак не мог определиться с политической тактикой по отношению к Афиногору. Основная проблема заключалась в том, что Константинопольский патриарх испокон века считался «первым среди равных» в ряду крупнейших православных иерархов, тогда как Патриарх Московский – только пятым. И в этой ситуации традиционные чекистские подходы просто не работали: главный иерарх православного мира мог позволить себе не признавать ничей авторитет, будь это даже держава, победившая во Второй мировой войне, тогда как его собственный был непререкаем. Попытка запугать его или купить была чревата крупнейшим международным скандалом.

Было и еще одно обстоятельство, в условиях начинавшейся «холодной войны», чрезвычайно для Москвы неудобное: Константинопольский патриарх Максим Пятый был гражданином США.

Кремлю становится понятно, что мирными методами православную монополию не поддержать. К тому же не было согласия и в рядах, казалось бы, стопроцентных союзников. Военно-политический проект по созданию православной Балканской Федерации с участием Югославии, Болгарии и Албании в конце сороковых терпит крах: амбициозный югославский лидер Тито отказался признавать себя «младшим братом» Сталина. А вождь и учитель, в свою очередь, резко сменил милость на гнев.

На Тито мгновенно навешивают антисоветские и антикоммунистические ярлыки, дело едва не дошло до прямого военного конфликта Белграда и Москвы.

Болгарского руководителя Димитрова, рискнувшего выразить осторожное сомнение в сталинских планах, наши номенклатурные врачи, как утверждают некоторые источники, до смерти залечили в подмосковной Барвихе.

Глобальный проект по созданию «Церковного Коминтерна» так и остался нереализованным – впрочем, такова, кажется, участь всех планов по установлению мирового господства.

В отношениях Советского государства с Русской православной церковью снова наступили холода: с приходом к власти Никиты Хрущева, пообещавшего коммунизм к 1980 году, воинствующий атеизм был снова поднят на щит.

 

   С сайта: http://www.sovsekretno.ru/magazines/article/1664



   В начало                                                                                                                       Вернуться на страницу

 

 

  

 

 Дата создания сайта 11.07.2009 года.

 Последнее обновление страницы 18.04.2015 года.